............................................................................. ............................................................................. ............................................................................. ............................................................................. ............................................................................. ............................................................................. ............................................................................. ............................................................................. ............................................................................. ............................................................................. ............................................................................. ............................................................................. .............................................................................

Проехать

Мариинский Театр

Театры

4.8

4271 оценка

ФГБУК Мариинский Театр

Контакты

Инфо

В здании2

Отзывы978

Цены19

Фото1225

Обновлено 3 января 2026

РекламаИнформация о ценах не является публичной офертой

Опера

9

Написанная тридцатилетним Прокофьевым «Любовь к трем апельсинам» – метафора любви к театру и карнавальной изнанке мира, к невозможности жить вне игры. Избрав сюжет комедии дель арте, композитор сочинил оперу об опере, ее чудесах, штампах и нелепостях, любезных зрителям и ему самому. Развенчать оперную «неправду жизни» ее же средствами оказалось лучшим способом эту неправду воспеть. В последнее время публика могла видеть полусценическое исполнение «Любви к трем апельсинам» в Концертном зале, но сейчас театр возвращается к полномасштабному спектаклю Александра Петрова и Вячеслава Окунева 1991 года. В обновленной версии можно будет услышать несколько поколений мариинских певцов: магов, волшебниц и королей, что взошли на трон еще в 1990-х, карнавальных героев, смешивших публику в 2000-х, и новых солистов, впервые выходящих в партиях придворных, принцев и принцесс.

1 600–6 400 ₽

Купить билет

Казалось бы, что общего между оперой и колядкой? Можно ли связать древний магический обряд и музыкальный театр? Эту небывалую задачу поставил перед собой Римский-Корсаков, когда обратился к сказочной повести Гоголя «Ночь перед Рождеством». Получилась «быль-колядка» – так определил жанр своего творения автор. Колядка как обрядовая песня, колядование как общинное действо, Коляда как солнечное божество – вот что особенно интересовало Николая Андреевича. Архаичные напевы он вплел в музыкальную ткань оперы, из оперных хористов создал веселую, яркую, шумную толпу колядовщиков, а Коляду вкупе с ее собратом Овсенем явил на императорской сцене собственной персоной. Постановка «Ночи перед Рождеством» в Мариинском театре и раньше отличалась зрелищностью, а в обновленной версии заиграла еще более яркими красками. Спектакль 2008 года нарядился и приукрасился: многолюднее стала Диканька, задорнее – танцы и игры молодежи. При этом от прежнего спектакля сохранилось ощущение почти домашнего уюта, излучаемого созданными на сцене образами заснеженного украинского села с окошками-огоньками. В таком селе, в какую хату ни забредешь, заплутав во время метели, повсюду окажешься среди своих. А вареники, летящие прямо в рот деревенского колдуна под остроумный аккомпанемент корсаковского оркестра, так и хочется попробовать… Поворот зимы на лето – дело космического масштаба, в движение приходит вся вселенная: земля, преисподняя и небеса. Поэтому в опере действуют не только люди, но и «пограничные» существа – ведьмы, колдуны, – а также обитатели потустороннего мира и даже небесные светила во главе с Венерой-Утреницей. Их движение задал Илья Живой, поставивший танцы и выступивший в качестве режиссера обновленного спектакля. Великолепна в постановке новая версия «партии света». Глеб Фильштинский и Виктория Злотникова создали впечатляющие визуальные образы: сцену заливает то инфернальный красный свет, то бездонный индиго, на зрителей летят хлопья снега, перед ними кружатся небесные светила, всплывают целые галактики… Обновился и исполнительский состав: среди солистов много дебютантов, каждый из которых воплощает корсаковских персонажей по-своему, ищет свои художественные решения. Оперы-сказки Римского-Корсакова часто бывают трудны для детского восприятия, однако «Ночь перед Рождеством» может радовать зрителей самых разных возрастов. От первых стылых аккордов оркестра, излучающих морозную синь, до последнего всенародного величания Гоголю эта «быль-колядка» удивляет, веселит, трогает и восхищает. Христина Батюшина.

3 600–12 000 ₽

Купить билет

5

Все наверняка знают виртуозную пьесу «Полет шмеля», жужжащий образец музыкального perpetuum mobile. Но это лишь один фрагмент из красочной оперы Римского-Корсакова – мастера и поэта оркестра. Есть в «Сказке о царе Салтане» и картины моря, ночного леса, рассвета, предпосланные композитором каждому действию. Запомнятся слушателям расцветающие в оркестре пленительные мелодии Царевны Лебеди и грозный марш шумных морских витязей. Сам автор не без гордости называл эту партитуру «руководством к фокусам». Поскольку русский слушатель прекрасно знает сюжет, то либреттист Владимир Бельский и композитор, сказывая сказку в очередной раз, усложняют ее интригу новыми героями и ситуациями, украшают подробностями: безымянную жену Салтана у них зовут Милитриса, царство Салтана – это Тьмутаракань, а царевич Гвидон правит на острове Леденце. Но если Пушкин замечает, что сказочная белка, грызя орешки, «поет при честнóм при всем народе “Во саду ли, в огороде”», то Римский-Корсаков не отказывает себе в удовольствии эту песню процитировать. А встречу Гвидона жителями острова Буяна иллюстрирует хором на мотив знаменного распева, ведь поэт упомянул, что в тот момент «хор церковный Бога славит». В подобном узнавании и кроется во многом удовольствие от оперы: для юных зрителей это ожившая на сцене волшебная сказка, для более искушенных – образец условного театра, творческий комментарий одного художника, композитора-«фокусника», к тексту другого – поэта-«сказочника». Этот спектакль – один из самых красочных на мариинской сцене. Режиссер детского музыкального театра «Зазеркалье» Александр Петров привычно стремится занимать внимание зрителей живыми картинами. В этом ему помогает сценография Владимира Фирера. В декорациях и костюмах не случайно угадываются знаменитые книжные иллюстрации Ивана Билибина: постановка и была задумана как узнавание сказки Пушкина, любимой с детства. Анна Петрова

2 400–9 000 ₽

Купить билет

4

О таких говорят: «Седина в бороду – бес в ребро». Состоятельный аристократ дон Паскуале на старости лет вздумал жениться. От любовной лихорадки пожилого скрягу излечивает молодежь, причем весьма сильнодействующим лекарством: заставив его на своей шкуре прочувствовать все «прелести» супружеской жизни с женой-мегерой. Старики в роли женихов издавна становились объектом для колкостей, но Доницетти в опере-буффа «Дон Паскуале» раскрывает классическую комедийную тему с долей меланхолии и сочувствия главному герою – быть может, потому, что композитор, который написал эту блестящую партитуру за невероятные одиннадцать дней, сам был в то время уже не молод и глубоко одинок. Оставаясь типовой комедией характеров-масок, восходящих к традициям итальянского уличного театра, «Дон Паскуале» – сочинение романтической эпохи и потому наполнено живыми чувствами. В завершение сезона 2021–2022 годов, после многолетнего перерыва, очень веселая и чуть грустная история возвращается на афишу Мариинского театра.

1 200–4 800 ₽

Купить билет

4

Исполняется на итальянском языке (сопровождается синхронными титрами на русском и английском языках)

1 200–5 600 ₽

Купить билет

7

По воле морской стихии и по прихоти алжирского бея прекрасная итальянка Изабелла оказалась в плену. Но не в привычках темпераментной красавицы покоряться судьбе и мужчинам: она легко обводит вокруг пальца двоих поклонников, чтобы воссоединиться с третьим, заодно спасая супружескую пару от развода и множество соотечественников – от рабства. Вот это характер! Главную партию в своей первой полномасштабной опере-буффа «Итальянка в Алжире» (1813) Джоаккино Россини отдал любимому голосу – колоратурному контральто – и любимой женщине (точнее, одной из них), великолепной Мариетте Марколини. Звучание глубокого и сочного тембра в партии, изобилующей фантастически виртуозными фиоритурами, покоряет уже с первой каватины Изабеллы – Cruda sorte, а впереди еще и феерические ансамбли, и горделивое патриотическое рондо Pensa alla patria. Не менее щедр Россини и в отношении других солистов: для баса cantante, подвижного и певучего, он написал труднейшую партию одураченного бея Мустафы, для тенора di grazia – роскошную, полную высоких нот партию Линдоро, с чудесной выходной арией Languir per una bella, предваряемой элегичным соло валторны. У прочих героев тоже есть эффектные номера, но когда они собираются в ансамбли, партитура начинает искрить так, что дух захватывает, особенно в знаменитом финале первого акта – с его звукоподражательной чехардой «динь-динь! бум! бах-бах! кар-кар!»: воистину, как говорил Стендаль, организованное совершенное безумие! Выдвинув солистов на первый план, Россини сделал свою оперу еще и многолюдной: она населена поющими наложницами и евнухами, корсарами и янычарами, берберами и итальянцами. В этом «море самого непринужденного комизма» (Стендаль) время от времени встречаются острова нежной лирики и рефлексии: Россини способен как смешить, восхищать, кружить голову, так и трогать и воодушевлять. «Но уж темнеет вечер синий, пора нам в оперу скорей, там упоительный Россини…» Совету классика определенно стоит последовать! Христина Батюшина.

1 200–8 000 ₽

Купить билет

4

Принимаясь на седьмом десятке за сочинение «Турандот», Пуччини обратился к «китайской трагикомической сказке» Карло Гоцци. Главная героиня мстит за поруганную честь бабушки, принцессы Лоу-Линь, и отправляет на казнь всех претендентов на свою руку. Пуччини не успел написать заключительный дуэт, в котором происходит преображение Турандот и ее первый поцелуй — работу завершил композитор Франко Альфано.

1 800–6 000 ₽

Купить билет

2

Мировая премьера этого сочинения состоялась 16 июля 1782 года в придворном Бургтеатре в Вене — оркестром дирижировал сам композитор. Несмотря на множество интриг, едва не сорвавших первое представление, оно имело колоссальный успех и было повторено 18 раз. Вскоре после этого оперу увидел пражский зритель, а затем она начала торжественное шествие по Европе, побывав более чем на сорока сценах и став самой исполняемой оперой Моцарта при его жизни. В России «Похищение из сераля» впервые исполнили в 1802 году в Петербурге — представление было организовано силами императорской немецкой труппы. На сцене Большого (Каменного) театра, от которого ведет свою историю Мариинский, опера появилась в 1816 году. Она получила название «Бельмонд и Констанса» и исполнялась на русском языке в переводе Александра Шеллера. В ранние советские годы «Похищение из сераля» показывали в разных театрах обеих столиц, однако со временем интерес к нему стал угасать. Не помог и веселый жанр зингшпиля — музыкальной комедии с диалогами — в традициях которого было создано сочинение. Со сцены Мариинского театра «Похищение из сераля» впервые прозвучало лишь в ноябре прошлого года — 13 номеров из зингшпиля (всего в опере 21 номер) исполнили солисты оперы и Симфонический оркестр Мариинского театра под управлением Юстуса Франтца. «В Мариинском большой моцартовский репертуар, а оперы „Похищение из сераля“ в нем нет. Между тем она прекрасная, веселая и радостная — и каждый раз дарит зрителям столько удовольствия! Кажется, впервые я увидел ее в Зальцбурге, и меня так впечатлила эта музыка, что я всю ночь не спал и смеялся», — говорит Юстус Франтц. Юстус Франтц считается одним из ведущих интерпретаторов музыки Моцарта — именно он встанет за дирижерский пульт на всех премьерных показах.

1 200–3 600 ₽

Купить билет

4

«Наказанный распутник, или Дон Жуан» – самая таинственная опера из трилогии Моцарта на либретто Лоренцо Да Понте. История ее создания окружена слухами и легендами: мол, в написании текста не обошлось без участия Казановы, увертюра сочинялась уже в ночь перед премьерой, а согласно бонвиванскому рассказу в мемуарах Да Понте, написание либретто сопровождалось не то токайским, не то марцимино – именно это вино просит подать на стол Дон Жуан в последней картине. Через восемь месяцев такой работы опера была исполнена в пражском Сословном театре – в октябре 1787 года – и с тех пор не сходит со сцены. Публику привлекают не только остросюжетная история, удивительно живая музыка Моцарта и ее гениальная изобретательность, но и сам герой, обладающий мощной негативной харизмой. Дон Жуан, испанский гранд, – проходимец, сластолюбец и либертин, не имеющий принципов, кроме тех, что объявил для себя сам. Он на порядок умнее и находчивее своего окружения и в некотором смысле играет в Бога, но – не то перейдя некую черту, не то по стечению обстоятельств – попадает под власть тех сил, с которыми не может совладать. Действуют они неявно, однако с момента убийства Командора, отца донны Анны, которое происходит в самом начале оперы, удача оставляет героя. Она выветривается незаметно, как аромат духов; о ее былом масштабе мы узнаём из арии его слуги Лепорелло, где оглашен список завоеванных Дон Жуаном красавиц, «дам всех сословий, всех примет и всяких лет» в общем количестве больше двух тысяч. После донны Анны ни одно соблазнение Дон Жуану не удается, однако удача все еще с ним – ее действие заключается в том, что герой легко выпутывается из любой ситуации. Обмен костюмами со слугой, бал-маскарад, обман разгневанного жениха, бегство от преследователей – все это не несет и следа отчаяния: наоборот, подано как очередная веселая дерзость, и даже когда статуя Командора на кладбище, где Дон Жуан и Лепорелло встречаются после очередной авантюры, начинает разговаривать, это не приводит Дон Жуана в мрачное расположение духа. Неожиданный приход Командора на ужин он встречает дерзко – и только в последний момент перед смертью чувствует страх и неотвратимость наказания. Секстет, которым завершается опера, – необходимое моралите, по силе художественного воздействия он значительно уступает сцене с Командором и даже кажется лишним, но в эпоху классицизма было немыслимо оставить финал оперы столь зловещим, почти что траурным. Постановка Йоханнеса Шаафа минималистична, выполнена в мрачных тонах, создающих второй план даже в светлых моментах музыки, оттеняя действие рока. Большие световые пятна, несколько фактурных предметов и детально проработанные костюмы – все это один из принятых способов избавить оперу от пышного исторического антуража, сформировать параллельно с музыкой общий эмоциональный фон происходящего и сосредоточить внимание на взаимодействии героев. Денис Великжанин

1 200–4 200 ₽

Купить билет

4

Балет

7

Написанная по сценарному плану Мариуса Петипа для сказочного балета-феерии, впервые музыка Чайковского прозвучала в спектакле, поставленном Львом Ивановым в 1892 году. Роскошно оформленный, тот спектакль отвечал духу балетов ХIХ века – цельность сюжетной драматургии не была в числе первоочередных задач хореографа, внимание балетмейстер сосредоточил на богатстве танцевального текста. «Нет в музыке "Щелкунчика" ни одного ритма, ни одного такта, который не перелился бы в танец. Все кипит на сцене неумолчно тихим плеском тишайших фигур с взрывами румяного счастливого детского смеха, детских утех, упоений и секундных огорчений», – с ностальгией вспоминал критик Волынский постановку Иванова, снятую с репертуара в советской стране. Авангардные 1920-е подарили ленинградской сцене новое прочтение музыки Чайковского. В спектакле, поставленном Федором Лопуховым, не было места безмятежной гармонии классического танца. Акробатические поддержки, шпагаты и мелодекламация потеснили традиционные вариации и па-де-де. Однако пластические эксперименты и подчеркивание хореографом трагического начала партитуры Чайковского были встречены критикой настороженно. И уже в 1934-м в афише появился новый «Щелкунчик» – постановка Василия Вайнонена, дитя новой эпохи, приветствовавшей политкорректность и обоснованность танца развитием фабульного действия. «Сценарий "Щелкунчика" Петипа не удовлетворял меня отсутствием реалистической трактовки первого акта, прерывностью интриги и налетом сусальности (пряничные домики, наряженные в накидочки мыши и т.д.)», – писал хореограф и, отказываясь от фантастических персонажей, сочинял спектакль о девочке, которой приснились чудеса. Хореограф услышал в музыке Чайковского гармонию конфетно-карамельных детских грез и выстраивал танцевальное действие, опираясь на традиции балета ХIХ века – с развернутыми классическими ансамблями Вальса снежинок и Розового вальса, па-де-де главных персонажей и дивертисментом характерных танцев в стране Сластей. «Щелкунчик» Вайнонена создавался привычным языком классики, перипетии сюжета в нем были представлены танцевально, и его хореографическое разнообразие стало залогом долгой сценической жизни. Спектакль не сходит со сцены уже более восьмидесяти лет. Сегодня его исполняют как артисты Мариинского театра, так и студенты Академии русского балета имени А. Я. Вагановой. Ольга Макарова

7 500–35 000 ₽

Купить билет

7

«Лебединое озеро» – балет, без которого невозможно представить себе современный академический театр, да и современный психологический. Академизм «Лебединого озера» – в четких структурных построениях, в строгой классической школе, в традиционном разделении на классический и характерный танцы. Психологизм – в загадочной теме двойничества, в культивируемой теме фатума и рока. Тем не менее, появившееся в 1877 году «Лебединое озеро» получило отнюдь не мгновенное признание. Спектакль, сочиненный в Большом театре Вацлавом Рейзингером, был одним из многих – весьма традиционным и далеко не новаторским. Не находили в нем ни знаменитой русской души, ни вечного символа отечественной одухотворенности в образе лебедя. Да и музыка Чайковского, грустно-щемящая, празднично-ликующая или угрожающе-фатальная, не сразу была признана шедевром. Поначалу творение Петра Ильича аттестовали весьма сдержанно: находили, что балет «беден мелодиями», а музыка – его «самое слабое место». Да и духовность в первой постановке найти было нелегко: многое заслонял лебединый кордебалет, исправно махавший на премьере картонными крыльями, – сейчас такое можно представить разве что в пародии на спектакль! И только имя Полины Карпаковой, вошедшей в историю первой исполнительницей Одетты, говорит нам о том, что история балета началась вовсе не в Санкт-Петербурге. Но именно в городе на Неве белый лебедь «свил себе гнездо». После концерта памяти композитора, состоявшегося в 1894 году в Мариинском театре, на котором Лев Иванов показал лебединую картину, нежную, трогательную и печальную, властитель петербургского балета Мариус Петипа окончательно принял решение поставить спектакль Чайковского на императорской сцене. Премьера состоялась годом позже, в 1895-м. Очень тактичную музыкальную редактуру произвел дирижер и композитор Риккардо Дриго – именно его варианту партитуры «Лебединого озера» следует большинство хореографов. Француз Петипа и русский Иванов (хореографы), итальянец Дриго (дирижер и автор музыкальной редакции) и Пьерина Леньяни в партии Одетты-Одиллии – вот творцы знаменитого мифа «Лебединого озера». За более чем столетнее существование «Лебединого озера» в Мариинском театре постановку капитально редактировали лишь трижды, что, согласитесь, для балета с более чем вековой историей крайне мало. Наиболее радикальной была, как ни странно, женщина – Агриппина Яковлевна Ваганова, прославленный педагог и отличная солистка (в «Лебедином озере», кстати, лавров не снискавшая). Она постаралась прояснить мистицизм либретто и музыки, представив историю о девушке-лебеде как болезненные галлюцинации начитанного юноши, беспощадно умертвив в финале главных героев без права воскрешения (в спектакле 1896 года Одетта и Зигфрид, погибнув, соединялись в загробном мире). Однако от Вагановой в сегодняшнем спектакле и «лебединый» поворот рук, и танцевальная встреча Одетты и Зигфрида: Агриппина Яковлевна, не удовлетворенная суетливой пантомимой этого эпизода, сочинила очень образную хореографию. Десять лет спустя другой классик советского балета Федор Лопухов не дал погибнуть главным героям, более того, вернул Одетте человеческий облик – в финале она становилась девушкой. Но и этот спектакль, запомнившийся еще и отличной вариацией Ротбарта, в репертуаре театра продержался лишь пятилетку, и его сменила версия Константина Сергеева, одного из лучших Зигфридов всех времен и народов, в которой верный академическим традициям танцовщик и хореограф соединил все лучшее, созданное для «Лебединого озера» за полвека. И эта постановка сегодня считается классическим образцом. Именно в ней и зафиксировала тогдашняя кинохроника лирический танец Галины Улановой, виртуозный блеск Натальи Дудинской, академическую безупречность Габриэлы Комлевой, мятежную страстность Галины Мезенцевой. Ольга Федорченко.

6 250–15 000 ₽

Купить билет

3

Этот милый балет, поставленный в 1903 году братьями Сергеем и Николаем Легатами как аттракцион сменявших друг друга в разнообразных соло балетных звезд, в начале прошлого века исполняли Матильда Кшесинская, Вера Трефилова, Агриппина Ваганова, Ольга Преображенская, Анна Павлова, Павел Гердт, Михаил Фокин. В танцах на музыку Байера и дополнивших его партитуру фрагментах Чайковского, Дриго, Рубинштейна и Лядова звезды петербургского балета блистали своими коронными трюками. Дебютная постановка братьев Легатов во многом своим успехом обязана и оформлению Льва Бакста. «Фея кукол» стала одной из первых театральных работ будущего фаворита взыскательной парижской публики и законодателя европейских мод. Шумный успех и новаторство парижских спектаклей «Русских сезонов» были впереди, а в кукольных костюмах и декорациях, изображавших Петербург середины XIX века, Бакст оттачивал мастерство. Как вспоминал потом друг и коллега художника Александр Бенуа, чья коллекция народных игрушек послужила поиску образов персонажей этого балета, «Левушка чрезвычайно увлекся работой над "Феей кукол"». Одной из причин, почему Бакст с особым жаром и вдохновением трудился над балетом, был роман с будущей супругой Любовью Гриценко. Заканчивая декорацию игрушечной лавки, влюбленный художник задумал написать портрет своей избранницы и приглашал ее позировать в декорационную мастерскую. Получившийся удачным портрет Бакст решил включить в декорацию. Модель не протестовала. «Фигура ее на холсте была аккуратно вырезана и пришита к общей "паддуге" среди всяких паяцов, кукол, барабанов, мячей, тележек и прочих игрушек, – вспоминал Бенуа. – Любовь Павловна висела в своем новомодном парижском черном платье и огромной черной шляпе! ‹…› Немалое, как тогда говорили, впечатление произвела эта чудаческая выходка художника на высокопоставленных зрителей... Все в зале спрашивали друг друга, что это за дама висит, как живая, среди игрушек? Таким образом, сердечная тайна влюбленных стала "басней города"…» «Фею кукол» публика любила. И хотя после революции, в 1920-е годы, когда в советской стране многие шедевры «царского прошлого» были поставлены под сомнение, спектакль сохранялся в репертуаре, и его не миновали несколько десятилетий забвения. В 1989 году о спектакле про кукол вспомнил художественный руководитель Ленинградского хореографического училища имени А. Я. Вагановой Константин Сергеев, который в детстве еще мог видеть его на петроградской сцене. Сергеев вернул балет на сцену, сделав свою редакцию с расчетом на детское исполнение. Сегодня «Фея кукол» снова в репертуаре Академии русского балета имени А. Я. Вагановой. Ольга Макарова

3 000–6 000 ₽

Купить билет

Балета «Ромео и Джульетта» могло и не быть. В 1934 году Прокофьев обсуждал возможность постановки в Ленинграде «Игрока» и «Огненного ангела». Тогда Адриан Пиотровский (директор «Ленфильма» и консультант ГАТОБа) выдвинул идею новой оперы и среди прочих сюжетов предложил трагедию Шекспира. Замысел «Ромео» как балета окончательно оформился к маю 1935-го. Вторым крестным отцом этого спектакля стал Сергей Радлов. Соавтор сценария, он предложил радикальные переделки Шекспира, самая фантастическая из них – счастливая развязка. Летом 1935-го создается партитура. За это время расстраивается постановка в ГАТОБе, инициативу перехватывает Большой театр. Для веронских влюбленных начинается бурное время: провал первого публичного прослушивания (4 октября 1935 года), переделка финала согласно Шекспиру, исполнение двух симфонических сюит из балета (сезон 1936–1937), новый контракт с ГАТОБом (теперь носящим имя Кирова), и только 11 января 1940 года – премьера спектакля. Между тем 30 декабря 1938 года прошла премьера «Ромео» в чехословацком Брно – справочные издания числят ее мировой. Известно, что это был одноактный балет, в нем использовались лишь избранные номера (возможно, музыка двух сюит). Целиком партитура впервые прозвучала именно в Ленинграде. Здесь постановку доверили Леониду Лавровскому. Хореограф дотошно изучил веронские хроники, средневековые романы и описания старинных танцев. Главным выразительным средством он избрал драматически яркий танец-пантомиму. Присягая на верность духу Шекспира, Лавровский потребовал изъять из либретто все радикализмы, а также дописать несколько номеров и усилить оркестровку. Прокофьев сопротивлялся переделкам даже после премьеры. Оформлял спектакль Петр Вильямс, один из лучших театральных художников эпохи. Италия Вильямса произвольно сочетала разнородные приметы Ренессанса: на веронской площади виднелся купол флорентийской Санта-Мария дель Фьоре, в эскизах костюмов угадывались портреты Боттичелли и Кранаха Старшего. Верона словно переехала на широту Ленинграда: многие рецензенты отмечали сдержанный, отнюдь не южный колорит постановки. Первый состав исполнителей вошел в легенду, и прежде всего Галина Уланова. Полуарабеск Улановой – Джульетты стал символом недосказанности в эпоху молчания и подтекста, ее бег – волевым порывом к свободе. Балет Лавровского и Вильямса – одно из лучших творений советского балета и редкий для театральных сочинений Прокофьева случай, когда первая постановка стала канонической. В 1946 году спектакль переехал в Большой театр вместе с Джульеттой – Улановой. В 1956 году он произвел фурор на гастролях москвичей в Лондоне и стал отправной точкой для важнейших зарубежных версий ХХ века: Аштона, Макмиллана, Нуреева, Ноймайера. В Ленинграде же спектакль возобновляли в 1975, 1983 и 1991 годах. В 2012-м его записали на DVD. Он до сих пор собирает полные залы, и трудно поверить, что музыку «Ромео» когда-то считали антибалетной, а накануне премьеры готовились к провалу. Богдан Королёк.

3 750–9 000 ₽

Купить билет

3

Граф переоделся крестьянином и разбил сердце деревенской девушке. Она сошла с ума, умерла и после антракта стала вилисой — так в Германии называли призрак девушки, погибшей до свадьбы. «Жизели» больше 180 лет, и теперь даже трудно определить автора хореографии, но композиция сохранилась прекрасно. Два акта — дневной сельский праздник и ночной шабаш на кладбище. Сцену сумасшествия Жизели балерины считают одной из вершин карьеры. Ансамбль вилис, встающих из могил и затанцовывающих до смерти запоздалых путников мужского пола, — абсолютный шедевр.

2 400–9 000 ₽

Купить билет

3

Доставшийся нам в наследство от золотого века классического балета «Дон Кихот» – яркий образец балетной Испании с зажигательными ансамблевыми танцами, кастаньетами, веерами, юбками в горох, розами и гребнями в женских прическах. Несмотря на название, это не интерпретация романа Сервантеса. Основой сюжета и поводом для танцев стал лишь один эпизод из многочисленных приключений хитроумного идальго – история о несостоявшейся свадьбе богача Камачо (в балете – Гамаш) с красавицей Китерией (Китри), возлюбленной деревенского юноши Басилио (Базиль). И Дон Кихот в спектакле – далеко не главный герой по балетным меркам, его роль – пантомимно-пешеходная, а все танцевальные свершения отданы другим персонажам. Праздничный, увлекающий темпераментом и виртуозностью спектакль был поставлен в 1900 году (а в 1902-м перенесен из московского Большого в Мариинский театр) Александром Горским по мотивам одноименного балета Мариуса Петипа, украшавшего петербургскую афишу с 1871 года. Молодой и пылкий хореограф Горский на заре ХХ века был очарован идеями Станиславского (только что открывшего Московский художественный театр) и во имя «жизненной правды» в балете превратил симметричный кордебалет, привычный для постановок своего старшего коллеги Петипа, в играющую, переживающую, веселящуюся толпу. Первые зрители спектакля вспоминали: «На площади эта живая страстная толпа заставляет верить до полнейшей иллюзии в солнце, под которым так хочется влюбляться, дразнить друг друга, гоняться за убегающей, прячущейся за веером красавицей...» Сохранив в своей версии контуры либретто, написанную Минкусом для Петипа музыку и многие хореографические куски, Горский пересмотрел некоторые сцены существовавшего спектакля. Современный «Дон Кихот» – пожалуй, чемпион балетного репертуара по танцевальной разноголосице: он хранит голоса Мариуса Петипа, Александра Горского, Федора Лопухова, в 1923-м сочинившего «в духе фольклора» испанское фанданго, и Нины Анисимовой, в 1946-м добавившей свой цыганский танец. Да и многие танцовщики-исполнители партии Базиля вполне могут считаться соавторами хореографии главного персонажа – не раз индивидуальные придумки и трюки, призванные во всем блеске раскрыть возможности артиста, закреплялись в тексте вариаций. Для солистов «Дон Кихот» – это не только планка виртуозности, это и возможность окунуться в стихию игры, где даже небольшая роль способна расцвести целым букетом юмористических красок. А зрителей этот спектакль, в котором на равных соседствуют жанрово-бытовые сценки, характерная хореография и чистая классика, неизменно очаровывает щедрой танцевальностью и атмосферой беззаботной праздничности. Ольга Макарова.

2 400–7 200 ₽

Купить билет

4

Продолжая возвращать в афишу значимые для петербургского балета названия, Мариинский театр представляет новую версию «Пахиты». Это не реконструкция спектакля ХIХ века, сочиненного в Париже балетмейстером Жозефом Мазилье и с 1847 года шедшего в Петербурге в редакции Мариуса Петипа. Хореограф Юрий Смекалов поставил новый трехактный балет с собственным либретто по сюжету новеллы Сервантеса «Цыганочка». Основу партитуры нового спектакля составляет музыка Эдуара Дельдевеза, написанная для парижской премьеры «Пахиты» 1846 года. Однако сегодня полуторавековой давности сочинение звучит иначе: изменился порядок номеров, некоторые из них получили новую оркестровку, а кроме того партитуру Дельдевеза дополнили фрагменты из произведений Минкуса и Дриго. Знаменитое поставленное Мариусом Петипа на музыку Минкуса свадебное Grand pas, торжественно венчавшее действие петербургского спектакля, занимает свое почетное место и в новом балете. Этот парад классического танца, демонстрирующий мастерство кордебалета и виртуозность балерины и солисток, появился в спектакле в 1881 году и как самостоятельное, не связанное с сюжетом балета представление дожил до сегодняшнего дня. Правда, на протяжении десятилетий хореографический текст Петипа претерпел немало изменений. В современную «Пахиту» Grand pas вошло в приближенном к историческому оригиналу виде – Юрий Бурлака восстанавил хореографию Петипа на основе сохранившихся записей спектакля начала ХХ века. Новый балет, сочетающий танцы и сцены, сочиненные Юрием Смекаловым, с историческим раритетом, – это оммаж золотому веку классического балета, дань уважения и признательности нового балетного поколения эстетике непревзойденного мастера классики – Мариуса Петипа.

2 100–9 000 ₽

Купить билет

3

Остальное

3

от 1 500 ₽

Купить билет

1 200–3 600 ₽

Купить билет

2 100–6 000 ₽

Купить билет

🍪

Мы используем cookies подробнее